«В искусстве красок, – молвили китайцы, —
Опередить нас лучше не пытаться!»

Но слово предоставили ромеям:
«Ну что ж, мы тоже рисовать умеем!»

Китайцам и ромеям приказали,
Чтоб расписали стены в царском зале:

Тем и другим отдав по половине,
Завесу поместили в середине.

Китайцы краски, кисти закупили
И к росписи дворцовой приступили,

Да и ромеи тоже не зевали —
До блеска стены отполировали.

Им тайна зеркала была известна:
И круг земной, и даже свод небесный

Способно зеркало изобразить,
Всю многоцветность мира отразить,

Поскольку красок буйство и горенье —
Лишь солнечного света преломленье.

Но вот китайцы завершили труд,
И входит царь произнести свой суд.

Вошел – и ахнул: в красках драгоценных
Пред ним сверкает целый мир на стенах!

Тут занавес убрали поскорее,
Чтобы взглянуть, что сделали ромеи, —

И вот правитель, крайне пораженный,
Увидел тот же мир, но отраженный,

Поскольку эта половина зала
Красу другой зеркально отражала!..

…Чтоб стал твой мир прозрачен и лучист —
Ты сердце, словно зеркало, очисть!..

В данной притче внешняя деятельность (китайская роспись) противопоставляется стремлению очистить свое сердце (шлифовка стен до блеска). Чем чище становится сердце человека(«стены») от эгоизма и других отрицательных качеств, тем сильнее оно способно отражать красоту нашего сотворенного мира – а, в итоге, и совершенство самого Создателя, по образу и подобию Которого формируется, проходя очищение, наш внутренний человек.